Паскин Анатолий Петрович (1842-1899)

Особое место в созвездии российских брандмайоров занимает Анатолий Петрович Паскин. Его выделяют не только многочисленные награды, но и широкая образованность, личная отвага, забота о деле, а главное – о людях. Может, за это его «всемилостивейше» и награждали.

Брандмайор Паскин А.П.

Брандмайор Санкт-Петербурга Анатолий Петрович Паскин

Анатолий Петрович Паскин назначен был исполняющим должность брандмайора 20 августа и утвержден в этой должности 24 ноября 1882 года. К этому времени он имел богатую военную биографию.

Родился Анатолий Петрович 27 ноября 1842 года в семье кадрового офицера.

Отец его, начавший службу в строевых гвардейских офицерах, умер в чине генерал-лейтенанта, занимая должность начальника штаба отдельного корпуса внутренней стражи, когда Анатолию Петровичу было десять лет. Круглым сиротою, он по воле императора Николая I был определен в 1-й кадетский корпус до открытия вакансии в Пажеском корпусе, куда и был переведен в 1855 году, а 16 июня 1860 года произведен из камер-пажей в прапорщики лейб-гвардии Московского полка, где прослужил 1 год, и 16 июня 1881 года, в чине полковника, по распоряжению главнокомандующего войсками гвардии и Санкт-Петербургского военного округа великого князя Владимира Александровича был командирован в распоряжение Санкт-Петербургского градоначальника.

Во время службы в полку А.П. Паскин участвовал в военных кампаниях: при усмирении польского мятежа в 1863-1864 гг., причем за дело 4 апреля 1863 года в Жижморском лесу награжден орденом Св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость», и в турецкой кампании 1877-1878 гг., во время которой командовал 4-м батальоном полка (сформированным из строевых рот). За эту кампанию Анатолий Петрович получил следующие награды: за 10-дневное пребывание под огнем неприятеля и плевненских батарей на Трнинской позиции и за постройку редута генерала Мирковича – орден Св. Анны 2-й степени с мечами, за участие во взятии крепленной Правецкой позиции, рекогносцировки Орханийского лагеря и занятии деревни Врачеш – орден Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом; за переход через Балканы и сопряженные ним военные действия – золотую саблю с надписью «За храбрость»; за дела: под деревней Симчина, Татар-Базарджиком и 3-хдневный бой под Филиппополем – орден Св. Владимира 3-й степени с мечами.

Во время пребывания в полку ему был пожалован также бриллиантовый перстень с вензелевым изображением имени шефа полка великого князя Алексея Александровича и высочайший подарок императора Александра II за составление «свода существующих постановлений и правил для обучения молодых солдат в пехоте». Кроме того, А.П. Паскин имел иностранные ордена: черногорский Князя Даниила I 3-й степени, французский Почетного легиона – офицерский крест, японский Восходящего солнца и персидский Льва и солнца 2-й степени со звездою.

Не лишен был Анатолий Петрович и литературного таланта. Он написал несколько сочинений. Особую известность получил исторический очерк «Об основании и заслугах лейб-гвардии Московского полка с 1811 по 1875 год». Сочинение это было посвящено им августейшему шефу полка. Во время кампании 1877-1878 гг. он вел походный дневник, извлечения из которого под названием «Из походных записок строевого офицера» были напечатаны в 4-м и 6-м томах «Сборника военных рассказов» князя Мещерского. Записки эти составляли в то время единственный в своем роде исторический материал об участии полка в этой славной кампании.

На новой для него пожарной службе Анатолий Петрович также проявит свою широкую образованность, личную отвагу, заботу о деле, а главное – о людях.

Первое боевое крещение в схватке с огнем А.П. Паскин получил при исполнении обязанностей брандмайора, 11 октября 1882 года, когда возникший в ночь с воскресенья на понедельник пожар на Громовской бирже создал угрозу всему городу. В эти минуты большинство пожарных команд находились на значительном пожаре Апраксина рынка. И когда им удалось только что «овладеть огнем, остановив его распространение, по совершенно темному небу внезапно разлилось невиданное, необычайное зарево другого пожара, возникшего на противоположном конце города. Было около 3 часов утра…». Только благодаря мужеству пожарных и умелым действиям по руководству ими пожар удалось укротить.

Вот как описывает этот пожар одна из петербургских газет:

При незначительном ветре, в дни 10-11-12 октября, у пожара свирепствовал настоящий ураган, с вихрями и огненными смерчами, происходившими, как надо полагать, от возникших в атмосфере, быстро менявшихся и перемещающихся течений воздуха, сталкивавшихся с раскаленным зноем пожара, вследствие резкой разницы температуры его различных слоев. В то время, когда снизу вверх устремлялся страшный пожар от массы огня, увлекавший облегченные, быстро поднимавшиеся вместе с дымом газы, на их место давлением атмосферы направлялись верхние, холодные течения, отчего получался круговорот, вызывавший вышеописанное грозное и вместе с тем величественное явление огненных смерчей.

Пламя, подгоняемое ветром на Неву, сплошною пеленою расстилалось по земле, причем отдельные его оторванные языки достигали 50 сажен длины и высоты. Если бы, по счастливой случайности, этот огненный ураган не был направлен ветром на Неву, бороться с ним непосредственно было бы немыслимо. Подойти к огню ближе чем на 50 сажен из-за нестерпимого жара, смрада и удушливой атмосферы… не было возможности, так как уже на значительно меньшем расстоянии пламя поглощало весь нужный для дыхания людей кислород воздуха.

В 11 часов утра следующего дня, 11 октября, когда более или менее стали определяться границы пожара, не доходя 150 сажен до домов по Таврической улице, на вопросы обывателей, есть ли надежда остановить пожар? – брандмайор и брандмейстеры отвечали одно: – Да, только при условии, если ветер не изменит направление.

Огромные пылающие доски и головни, вздымаемые вихрем на 100 сажен вверх, падали сотнями в Неву и гасли в воде, в разных расстояниях от берега. Некоторые из них, как уже упоминалось выше, долетели даже до противоположного берега Выборгской стороны, несмотря на то, что ширина Невы здесь равняется 200 саженям. На Выборгской стороне от этого перекидного огня возникли было два пожара, которые удалось быстро прекратить…

Все усилия пожарных, работавших на Громовской бирже, теперь были сконцентрированы на спасение ряда деревянных домов, окаймлявших ее со стороны Подгорной улицы. Дома эти удалось спасти, лишь на пяти постройках пришлось вскрыть загоравшиеся крыши.

Когда дальнейшее распространение пожара с правой стороны было приостановлено, пожарные направили все свои усилия на задержание огненного потока, быстро продвигавшегося влево, в направлении Таврической улицы.

Казалось невероятным, чтобы «величайшие усилия могли дать здесь благоприятные результаты. Однако соединенными усилиями пяти паровых машин и ручных труб, выбрасывавших массу воды, и заботы пожарных и всевозможных воинских команд, помогавших пожарным разбрасывать бревенчатые громады и качавших воду, огонь, не доходя 120 шагов до Таврической улицы, удалось остановить. Громадные лесные склады Джумани, пристань и сенная биржа влево от этой улицы, были таким образом обезопасены…».

Обер-полицмейстер генерал-майор Грессер был, так сказать, вездесущ на пожаре. Он появлялся на местах, которым угрожала наибольшая опасность Энергия, распорядительность и неутомимость его хорошо памятны петербуржцам и были поистине поразительны.

По словам брандмейстеров и представителей страховых обществ, на этом пожаре «блестяще заявил себя» также и новый, недавно перед тем назначенный после полковника Гарденина брандмайор полковник А.П. Паскин, о котором одна из газет написала, что он настоящий «мастер своего дела».

Все столичные газеты, помещая отчеты о пожаре Громовской биржи, отмечали, что «такого необычайного стихийного бедствия старожилы Петербурга не могли запомнить со времени знаменитого «Апраксинского» пожара в 1862 году». На всей бирже, где леса было не менее чем на 6 миллионов рублей, уцелело только 4 штабеля бревен и 89 штабелей досок, оцениваемых не более 1 миллиона рублей. Но усилиями пожарных удалось спасти вторую биржу Джумани и отстоять от огненной стихии Выборгскую сторону, а возможно, и весь город…

С этого дня брандмайор А.П Паскин и заступил на линию огня, плечо к плечу со служителями команды, разделяя вместе с ними радость победы в схватках с огнем, горечь и утраты. Не раз его жизнь подвергалась смертельной опасности. Так было во время пожара, который возник 20 октября 1884 года в доме Гольдберга на Средне-Мещанской улице, под № 20.

Паскин Анатолий Петрович

Паскин Анатолий Петрович

По прибытии на место пожара брандмайора в подвальном этаже горело помещение свечной лавки Виноградова, из двери и единственного окна которой на улицу вырывался густыми, черными клубами удушливый дым. Ни дымовых масок, ни респираторов в то время в команде не было и в помине. Брандмайор Паскин в сопровождении брандмейстера Жидейкина спустился в подвал, следом за ними пошли пожарные – люди по большей части атлетического сложения, обладавшие большой физической силой и способностью надолго задерживать дыхание. Они, как и всегда, пошли вперед, в заполненный дымом подвал, проложив туда два рукава – один со стороны улицы, а другой в окно горевшей кладовой, из которого выбивало пламя в сторону двора. «Едва они переступили порог кладовой, как вдруг в ней что-то зашипело, после чего сверкнул ослепительно яркий белый свет, наподобие молнии, и в тот же миг раздался страшный взрыв… Брандмайор силою газов был выброшен из подвала через окно на противоположную панель, причем получил значительные ушибы поясницы и левого бока, ударившись о чугунный фонарный столб».

Находившийся рядом с брандмайором брандмейстер В.И. Жидейкин получил ожоги обоих глаз. Пожарные, устремившиеся за брандмайором, почти все «без касок, которые у них были сбиты волною взрыва, выбежали через дверь на лестницу, выходившую из подвала на улицу, где, осмотревшись, заметили, что двоих их товарищей недостает, мгновенно устремились в подвал, но двое их товарищей из Казанской части, Бутусов и Ефимов, лежали неподвижно рядом с бушевавшим огнем: Бутусов был уже мертв, а Ефимов сильно обожжен. Последнего отправили в больницу, где он пролежал два месяца. А брандмайор продолжал руководство тушением пожара, который вскоре под натиском пожарных струй стих, а затем и заглох окончательно…».

Брандмейстер Сущенко А.И. докладывает брандмайору Паскину А.П.

Брандмейстер Васильевской пожарной части А.И. Сущенко докладывает брандмайору А.П. Паскину о пожаре на острове Голодай (экспозиция пожарно-технической выставки им. Кончаева (г. Санкт-Петербург, Большой пр. ВО, 73))

А сколько опасных минут придется пережить брандмайору за 16 лет пожарной службы! Огонь не щадил его: то опалит лицо, то причинит кровавые раны. Не раз спасали его от неминуемой погибели благодарные за внимание и заботу служители, иногда закрывая собственным телом. Так было в 1896 году в Чернышевом переулке и на набережной Фонтанки, так было до конца его службы.

Журнал «Пожарный» (№ 1 за 1892 год) писал:

Состоя на этой службе, он имел счастье представлять Санкт-Петербургскую пожарную команду Государю Императору по тревогам, поданным по приказу Его Величества во время высочайших смотров войск в 1886, 1890 и 1895 годах. 26 февраля 1895 года на таком смотре команда заслужила «милостивый отзыв Государя Императора», высочайше соизволившего указать градоначальнику отличное ее состояние.

А в приказе по градоначальству и столичной полиции от 3 августа этого же, 1895 года значится:

В Комитете министров слушан был внесенный по высочайшему повелению всеподданнейший отчет о состоянии С.-Петербургского градоначальства за 1894 год.

В отчете этом, повествующем об отличном состоянии столичной пожарной команды, молодецкие действия чинов коей на пожарах в течение ряда лет обращали на себя особое внимание, Его Императорскому Величеству благоугодно было положить между прочим нижеследующую резолюцию: «Действия петербургских пожарных заслуживают полной похвалы». Об этой резолюции министр внутренних дел поставил в известность брандмайора и предложил ему прочитать настоящий приказ во всех частях вверенной ему пожарной команды.

Пожарная команда была неоднократно показываема как образцовое учреждение и высокопоставленным иностранным гостям.

За время службы А.П. Паскина брандмайором в Петербургской пожарной команде сделана масса улучшений и новых приобретений, из которых мы перечислим только главнейшие.

Ввиду разрастания города сформирован самостоятельный резерв на Александровской улице, на рубеже частей Выборгской. Охтинской, Полюстровского участка; сформирован другой отдельный резерв – «Заставный», помещающийся ныне в бывшем караульном доме у Московской Заставы; выстроено здание Васильевской части; не годное для жилья здание Охтинской части заменено новым помещением в доме, уступленном охтинскою управою, причем пристроены каменные конюшни и возведена железная каланча типа маяка, обшитая на случай бури и снега корабельными досками по войлоку и снабженная трубой для служебных переговоров с казарменным помещением служителей. Такого же типа каланчу предполагается поставить с открытием строительного сезона и на здании заново отремонтированного помещения Литейной части. Ввиду того что в Лесном корпусе и около Удельной станции остается жить на зиму много дачников, устроен постоянный «Лесной» резерв, выделенный из Коломенской части. Для обеспечения дачников крестовского острова на лето устанавливается там резерв вместо прежнего помещения на Елагином острове.

Пожарный пароход Полундра

Пожарный пароход «Полундра»

Пожарный пароход Полундра

Пожарный пароход «Полундра» постройки завода И.А. Бейнъ

Пожарный пароход, стоявший у домика Петра Великого, переведен на постоянную стоянку на берегу Новой Деревни у самого центра густонаселенной местности. Один из пароходов, «Таракановка» – самый, тихоходный и постоянно опаздывающий на пожары, заменен новым – «Полундра».

Для Васильевской части выписана из Англии новая паровая машина; такая же новая машина помещена в обоз Казанской части. Существует и запасная паровая машина, которая летом стоит в резерве в Новой Деревне, а во время масленицы и на Святой неделе, на время балаганов, устанавливается на Царицыном лугу. В 1891 году графом А.Д. Шереметевым подарена С.-Петербургской команде одна из его паровых машин. В итоге получается 8 больших машин вместо бывших 5.

Паровая машина системы Бедюве

Паровая машина двухцилиндровой системы «Бедюве», подаренная городу графом А.Д. Шереметевым

Изобретены также новые высокие лестницы. Самая большая прежнего типа была длиною 9 саженей и 2 аршина. Пожарное депо изготовило механическую пожарную лестницу, поднимавшуюся на высоту 12 саженей.

Лестница эта работает с 1882 года и постоянно находится при обозе Александро-Невской части Второй экземпляр такой же лестницы построен для Спасской части, а третий изготавливается к пожарной выставке и затем поступит в работу.

Выдвижные пожарные лестницы

Выдвижные пожарные лестницы на вооружении Санкт-Петербургских пожарных частей

В 1888 году А.П. Паскин за улучшение организации пожарного дела в столице всемилостивейше награждается бриллиантовым перстнем с вензелевым изображением его Императорского Величества. Но он думает не о себе, а о людях, с которыми его породнила огненная служба По его настоянию были значительно повышены оклады жалования брандмейстерам и нижним чинам команды, введено награждение пожарных золотыми и серебряными медалями «За усердие» (8 декабря 1888 года), в канцелярии брандмайора были вывешены медные доски с именами пожарных служителей, погибших на пожарах, для защиты органов дыхания «в задымленной атмосфере» во всех частях выдаются респираторы.

Деятельное участие брандмайор А.П. Паскин принимает в развитии добровольчества: в пригородах столицы действует 18 пожарных дружин, которые нередко самостоятельно справляются с возникающими там пожарами. Выделялся Анатолий Петрович и при подготовке первой пожарно-технической выставки, открывшейся в дни работы первого съезда пожарных добровольцев, состоявшегося в Петербурге 1-20 июня 1892 года, на котором было провозглашено образование Российского пожарного общества и избран его совет. По настоянию А.П. Паскина, участвовавшего в подготовке устава этого общества, в этом первом нормативном документе было записано, что целью общества является не только «изыскание и развитие мер предупреждения и пресечения пожарных бедствий», но и «доставление вспоможения неимущим пожарным деятелям и лицам, пострадавшим от пожаров». Это придавало Пожарному обществу ярко выраженный характер милосердия по отношению к погорельцам и тем охотникам-добровольцам и профессионалам, которые получали увечья, ранения или гибли во время тушения пожаров. С этой целью, опять же не без участия брандмайора, была создана организация «Голубой крест», располагавшая крупными средствами «для выдачи вознаграждения пожарным и их семьям за последствия несчастных с ними случаев, происшедших во время исполнения пожарной службы».

Нагрудный знак Голубой Крест

Нагрудный знак Общества Голубого Креста

В 1898 году в чине генерал-майора Анатолий Петрович Паскин «покидает свой боевой пост, где он годами находился бдительнейшим часовым». Своему преемнику (Митрофану Андреевичу Кириллову) А.П. Паскин оставил в наследство такую пожарную команду, которая «справедливо считается первою в России и одною из первых за границей», – так писали в тот день петербургские газеты, а 1 мая 1899 года они же сообщили грустное известие: «Бывший Санкт-Петербургский Брандмайор, отставной генерал-майор А.П. Паскин скончался от паралича сердца». Но память о нем живет и поныне.

Источник: Рыцари огня: очерки по истории пожарного дела. Н.Н. Щаблов, В.Н. Виноградов. – С-Пб: 1997.

Просмотров 188
Присоединяйтесь к нам
в сообществах
Самые свежие новости и обсуждения вопросов о службе